С улыбкой довольною дремлет девица,
И снится ей герцог из города Ницца.
Она с ним на яхте, под парусом белым,
В бикини от Gucci, достаточно смелом.

Глядит на матросов, их мощные торсы
Её восхищают. И очень непросто
Сдержаться девице, и хочется ей,
Чтоб герцог заморский ей вдул поскорей.

А герцог заморский с улыбкой тупою,
Стоит за штурвалом и машет рукою
Она завлекает, она привлекает,
Но он не внимает.  Девица страдает:

«Ведь я молода, горяча и бесспорно,
Легко возбуждаю я трепет любовный
И в зрелых мужчинах, и в юношах тоже,
И в тех стариках, кто хоть что-нибудь может.

Улыбка Джоконды, фигура Авроры,
И без уговоров мужские приборы,
Должны превращаться в железный флагшток.
И это ужасно, что герцог не смог».

Девице невмочь, девица к матросам,
Мурлычет как кошка, но те папиросы
Достали свои, и дым папиросный
Окутал их всех, и пропали матросы.

Пропали матросы, и герцог пропал,
И не израсходован страсти запал.
Девица дрожит и скулит словно сука,
Ведь выброс гормонов - мощнейшая штука.

И трусики можно уже выжимать,
Но некому тело горящее взять.
И вместо улыбки уже на лице
Отчаянья оскал. И добавлю в конце,

Что имя несчастной девице
«Российская оппозиция».


(с) Себастьян Ферейро