Сцена первая «Вступительная»

По набережной разносится чей то голос многократно усиленный громкоговорителем:
- Отплывает теплоход «Св. Рисурс». Сопровождающим просьба покинуть палубу. Повторяю….
У причала толпятся небольшие организованные кучки с плакатами, на которых пытливый глас зрителя может прочитать «ПТУ-125», «Путяга форева», «44 школа, 7 Б». Иногда в толпе мелькнет, чья то седая борода и пропадет тут же задавленная численностью молодой поросли. У самого края причала стоит мальчик в шортиках и с измазанными зеленкой коленками. На руках у мальчика здоровый черный кот. Оба тоскливо смотрят на отплывающий пароход, с которого уже доносится виселая музыка, звон стикла и пьяные похабные выкрики.

Сцена вторая «А вот если бы у нас был вертолет»

То мы бы конечно тут не сидели. Гы, шучу.
Мы бы смогли разглядеть, что творится на палубе. Но поскольку оно нам и в хуй не вперлось, летим дальше. А там смотреть нечего, пьют и танцуют. Ни расстраивайся зритель.

Сцена третья «Повезло тебе с автором, у другого еще и первая бы  до середины  не дошла»

А перенесемся в этой сцене  мы в VIP каюту. Что та мне подсказывает, что вся малина там. Ну – так и есть.

За огромным столом из мореного дуба сидит туева хуча людей. Все, между прочим, узнаваемые лица. Во главе стола – Удав, в белом капитанском кителе, прямой и недвижимый. Фуражку вроде еще не снял. Народ хочет жрать, с шумом втягивает носом воздух, но тушуется. В зале стоит гробовая тишина. Внезапно по громкой связи капитана вызывают в рубку. Он каменеет с лица, церемонно прощается сразу со всеми и все так же прямо выходит. Вместе с ним поднимается и один из членов экипажа.

Почетный гость Стройбатыч мягко окликает его :
- 10метров …. Как же так, ты куда друг ? А банкет ?.

10 метров с грустью косится на полыхающую алым орденскую планку на левой стороне своего кителя и тихим голосом, но вполне твердо отвечает :
Извините, но я обедаю только с офицерским составом. Вежливо кивает головой и прощаясь  выходит вслед за капитаном. С ним  покидают зал еще несколько офицеров и лишь Говноголова, не обращая ни на кого внимания, в свободной позе сидит на стуле и подкидывая в воздух вишни, из рядом стоящей вазы, пытается поймать их ртом. Иногда он промахивается и, после очередной попавшей на его парадку вишни, кажется, что орденов у него всё увеличивается.

В двух метрах от стола с гостями,  в раздаточном окошке виднеется милое личико Офы в белой косыночке. Она подпирает голову кулачком и таинственно улыбаясь, смотрит на присутствующих. В дальнем углу зала, за маленьким столиком, попивая из низенького стакана вискарь, внимательно смотрит телевизор стервозная (судя по виду) официантка, изредка затягиваясь чем-то похожим на сигарету. Готичность обстановке придает пронзительное око Трёхглазого, взирающее на все это из просверленной в стене дырки. Иногда он впрочем, подвывает и на свечах колышутся язычки пламени.

После того как за офицерами захлопывается дверь зал оживляется. Первым не выдерживает Калегин (тм). Он нетерпеливо оглядывается по сторонам и, увидев наконец официантку, радостно орет ей:
- Девушка ! Девушка ! Да да , я к вам обращаюсь! Как кстати вас ….?
- Хранительница Личностных Матриц.
Чеканит та.

Калегин (тм) тушуется, открывает и закрывает рот, но голод побеждает и он прокашлявшись робко произносит :
Извините, а не могли бы Вы. Нам. Накрыть на стол…..
Официантка подчеркнуто аккуратно ставит  стакан на столик и обернувшись цинично смотрит на наглеца.
В конце фразы голос Калегина (тм) переходит на шепот и наконец стихает вовсе.
ХЛМ :
- Поэт ?
Калегин (тм) – заискивающе улыбаясь и надеясь, что гроза миновала :
- Поэт ! (уже бодрее)
ХЛМ :
- Поэт…. А я поэтов – не очень.
Так же неторопливо берет стакан, и затягиваясь кося сигаретой   продолжает просмотр.
Офа загадочно улыбается.

То тут, то там, по кают-компании  разносится голос Ли Заобаба, который берет за грудки каждого встречного и  театральным шепотом повторяет всем одну и ту же фразу :
- Нет это возмутительно ! Я … Я буду писать об этом ! Да да !я буду писать об этом. Вот,  послушайте :

С поцанами пошли мы сегодня на отжик
И чайки кричали над парусами
Рифмы жосткой, затуплен к нещастью мой ножик
Я задушу скотину трусами…

После финальной     строчки голос Заобаба окончательно срывается на фальцет, а сам он порывается метнуться в сторону официанткинова угла, и лишь благодаря усилиям нескольких человек, не желающих что бы ужин оттянулся еще на хуйзнает сколько, его успокаивают и усаживают на место.

Жрать тем временем хочется все сильнее. Наконец Дварняга мягко произносит:

Офа, милочка, будьте добры….

Офа, улыбаясь, на секунду отворачивается и что то тихонько произносит. В ту же секунду в кают-компании появляются пять ее полнейших копий.

Офа_1, похабно улыбаясь :
- Ебааать! Скока мужиков, и все жрать хотят. Как поебацца – вас хуй найдешь.

Офа_2 интересутся у Говноголовы, как у единственного человека в форме, где находятся помещения матросни и получив ответ, под ручку с  Офой_3 направляются по указанному маршруту. Успев впрочем пискнуть :
- «Офа в раздаточном окошке» – КЛОН !!!

Офа_4 и Офа_5 трудолюбиво помогают разносить кушанья, выжидая наиболее благоприятного момента, что бы показать свою диавольскую сущность.

Гости хором :
- Клоны !
Офы исчезают на мгновение и снова появляются. Пара подносов успевает разбиться. Больше никто таких экспериментов не повторяет.

В кают кампанию входит эффектная девка на шпильках и в вечернем платье. Извинившись за опоздание, садится рядом с  Пилигримом. Обмениваются откровенными взглядами и под неумолчный шепот (девку никто в лицо не узнает) слушают как Томбиус травит морские анекдоты.

Наконец все блюда расставлены на столы, и все начинают с аппетитом есть. В какой то момент оказывается, что Чмопиздроклов два. И оба едят большими ложками. Из разных тарелок. Под разъяренные крики с камбуза выходит Профорг и не глядя хватает одного и утаскивает на выход. На оставшегося смотрят с любопытством – не клон ли. Впрочем если и клон, то на его способностях точить харч это не сказывается.

Пилигрим ухаживает за соседкой, накладывает ей салаты, подливает в бокал вина, пока наконец не замечает взбугрившейся намного выше колен салфетки. После чего обреченно и заранее зная ответ спрашивает имя незнакомки.

Та кокетливо подмигивает :
- Ксюханах

Эту выносят за борт уже всем столом.
Пилигриму опять жостко обламывается с еблей и с расстройства забыв о своих обязанностях он  уходит спать в каюту, по пути прихватив бутылку водки с лимоном и чудом не забыв блокнот с уже законспектированной частью.


Для него вечеринка окончилась. Об остальных он как всегда – не думает.