Осознание приходит постепенно. Сначала вялотекущий ворох мыслей ведет тебя по каким-то непонятным событиям, скорее относящимся к снам, а не к воспоминаниям. Неосознанные картинки сменяют друг друга, как в калейдоскопе, и вроде все хорошо, и твой невесть откуда взявшийся мыслительный аппарат потихонечку воссоединяется с «Я». Сейчас должно наступить радостное прозрение, пробуждение от сна, и утреннее доброе солнышко встретит тебя на кровати, рядом с женой, обвившейся, как теплая змея вокруг ног.
Взрыв в голове переворачивает все с ног на хуй. Такой подлянки от судьбы не ожидаешь. Вместо теплой кровати – холодная скамейка, сухость в горле, и отвратительнейший холод внутри. Шапки нет. Перчаток тоже. В волосах земля. Глазами трудно управлять – каждый поворот глазных яблок отзывается болью. Собрав остатки сил осматриваю себя. Так и есть, блядь. Опять где-то по земле валялся. Куртка на спине разорвана, по всему телу грязные разводы, и кажется одна штанина в говне. Вот, блядь попадалово.  
Ну это еще хуйня. Где я? Дома, какие-то незнакомые, машин нет. Как я сюда попал? И далеко ли до дома? Сейчас вечер или утро? Встаю на ноги. Куда, бля, идти? Ковыляю в строну предполагаемой дороги.

И тут как злые волки в зимнем лесу, беспощадной в еще неокрепший разум врываются воспоминания.
Как вчера все хорошо начиналось. Как на все было по хуй в середине. Что за долбоебы сидели за соседним столиком? Как уехали мои спутники. Как пили из горла на остановке. Как я ломился к себе (?) домой. (Хуясе... На хуй я стекло в подъезде выбил? Бля, это был не мой подъезд.) А что было дальше. Дальше шторки закрылись. Три или четыре часа выпали из моей памяти. А значит в этот момент я был особенно буен. Бляааааааа…

Даже не образы прут, не лица, не воспоминания, сухие, с привкусом выблеванного алкоголя слова с которыми я пил вчера: менты, менеджер, стоянка, такси, пацаны, коммерсант, телки, портвейн, водка, крепкое пиво, подъезд, окна, стекла, фонари, лужи, грязь, земля, военный пенсионер. Как же все это связать в единое целое?

Мне становится смешно над собой. Опять Стасик попал… Как обычно… Сарказм.
Но есть еще надежда, где-то правым побитым боком чувствую эту самую главную и последнюю надежду в крмане. Бля, хорошо, что хорошо кончается – значит лопатник с документами и ключами на месте. Возможно в лопатнике, что-то еще и осталось. Я ликую. Я не конченый мудак и алкаш, раз в трудную минуту алкогольного помутнения рассудка смог сохранить самое драгоценное – лопатник и ключи. Дрожащей рукой лезу в карман. Бля…

Пакетик кальмаров. Бля, нераспечатанный пакетик кальмаров вместо лопатника и пивные крышки вместо ключей. 7 рублей мелочью. От дома. Дома жуна и дети. Мне стыдно. Шторки закрываются.