Её звали Юлия, а его Руслан. Они любили друг друга с детства, сколько себя помнили. У неё не было рук, а у него, скорее всего – мозгов. Недостаток верхних конечностей, Юлия вполне компенсировала развитием нижних: уже в девять лет она могла достаточно сносно писать, зажав перо между пальцами левой ноги. Отсутствие мозгов Руслан ничем не компенсировал. Над этим трудились его мать и старшая сестра. Для этих целей было приобретено задрипанное пианино и альбом с партитурами Вагнера. Почему именно Рихарда Вагнера? Других просто не оказалось, а хотелось, чтобы Руслан уже начал развиваться в музыкальном направлении. Он и начал. В исполнении Руслана, отличить «Парсифаль» от «Нибелунгов», наверное, не смог бы даже сам автор.  Благо, к тому времени его уже давно не было в живых. Зато соседи могли точно определить, когда Руслан приступал к своему коронному номеру – «Полёту Валькирии». С первыми аккордами начинало трясти всех, начиная от дворника Кузьмы, и заканчивая умирающей от туберкулёза старушкой на самом верхнем этаже. Кстати, старушка, тлеющая последние пятнадцать лет, скоропостижно скончалась, когда Руслану приспичило помузицировать в три часа ночи.
Тем временем Юлия продолжала нагружать нижние конечности: освоила японскую каллиграфию и вплотную приступила к работе с акварелью. Единственно, чего смог добиться Руслан: научился держать рот закрытым. Теперь он обходился без сдавливающего шею слюнесборника. Юлия писала замечательные пейзажи, которые хвалили на международных выставках, а Руслан всё так же неистовее шарахал по клавишам, пока добрая половина из них не перестала подавать признаков жизни. На качестве музицирования это не сказалось, поэтому решили инструмент в ремонт не сдавать. Постепенно в доме становилось всё тише, а когда последняя клавиша, пронзительно сфальшивила и умерла, в дом вошли новый папа Руслана и два амбала - грузчика.
Безжизненное пианино загремело вниз по лестнице, а на смену ему, крепкая мужская рука протянула пасынку боксёрские перчатки.
- Будем ставить удар, гы, – сказал новый папа и указал направление. Первый удар был неточен, но силён. Второй, ещё более мощный, но тоже мимо. С остервенением мутузя подвешенную в комнате грушу, Руслан оттачивал целкость удара. Он настолько увлёкся, что не заметил, как из квартиры пропали ценные вещи, а затем и папа. Впрочем, его мало интересовало как первое, так и второе. Он видел перед собой только кроваво-красную каплю, подвешенную к потолку.
На совершеннолетие Юли Руслан пришёл, неся в боксёрских перчатках букетик подснежников. Юля, только что вернувшаяся с Оксфордской выставки «Искусство эмали», продемонстрировала Руслану грант на восемьдесят тысяч евро.
- Уа, – сказал Руслан и, обняв Юлию за плечи, развернул к себе спиной. Ему не терпелось продемонстрировать любимой свои успехи в ведении рукопашного боя. Маячивший перед глазами воздушный шарик мешал сосредоточиться. Гости с замиранием сердца ждали плотного и точного джеба с приседом. Плотность, мощь и присед оказались на высоте, а вот с точностью… Скорее всего, помешало волнение. Безрукая обладательница гранда, совершила красивый кульбит и уткнулась головой в паркет. 
Руслан рыдал, когда его выносили из квартиры Юлии и несли через двор. Он в тот же день выбросил перчатки в мусоропровод, до конца недели лишив возможности жильцов верхних этажей, пользоваться этим удобным изобретением. При падении Юлия получила сотрясение мозга и перелом шейки бедра. Руслан отделался лёгким испугом и глубоким разочарованием в спорте.
Следующее занятие для Руслана придумала неунывающая незамужняя сестра. Когда в руках брата появилась стамеска и молоток, его взгляд подобрел. В памяти всплыл видеоряд с улыбающимся до ушей Буратино и строгим Папой Карло. Сестра бросила на стол не струганное липовое полено и самоучитель «Неистовый плотник».

***
Через месяц Юлия выписалась из травматологии. У ограды больницы её встречал Руслан, держа на вытянутой руке большой целлофановый пакет. Родственники Юлии ещё на подходе к воротам окружили её плотным кольцом и ощетинились недобрыми взглядами.
- Что там у тебя? – спросила Юлия, протискиваясь в плотном ряду оборонителей.
- Уа, – многообещающе сказал Руслан и тряхнул пакетом. – Уа-уа.
Родственники болезненно напряглись, готовые ко всему. Юлия протянула правую ногу, взяла из рук Руслана пакет и заглянула внутрь. Она часто-часто заморгала и по её щеке поползла слеза. Отец семейства выступил вперёд и сжал кулаки. Женщины окрысились и зашипели. Юлия остановила их жестом ноги с пакетом.
- Папа, достань, – сказала она.
Отец девушки с опаской принял пакет из ног дочери и извлёк на свет пару изящных дубовых рук, инкрустированных дорогими сортами дерева и латунными вставками в виде нот и фигурок боксёров.
- Я люблю тебя, – сказала Юлия.
- Уа, – отозвался Руслан.
Юлия хотела броситься и обнять Руслана ногами за шею, но передумала. Руслан прикрепил изделия к Юлиному туловищу, и они первый раз в жизни смогли взяться за руки.
Они жили долго и счастливо, шли по жизни рука об руку и умерли в один день, когда Руслану взбрело в голову чинить электропроводку в их доме.