Что-то в последнее время много хуйни всякой пишут. Про нас, про летчиков. До каких только маразмов газетные писаки ни додумались. Откроешь иное издание: летчики пьют в полете. В другом: летчики ебутся в полете… Наглая ложь! Даже, не побоюсь высокопарных слов, пиздешь чистой воды…

Вот я уж сколько лет на летной работе, специалист 1 класса, а всегда в полете трезвый. За военных говорить не буду, хуй их знает, а у нас, у гражданских, с алкоголем строго. За сутки до вылета – ни капли в рот… После рейса – другое дело. Тут уж сам бог велел накатить соточку. Ну там с целью снять стресс, вывести радиацию. А в полете ни-ни…

Стюардесс мы, конечно, поебываем регулярно. Но не в полете же. Там у всех свои должностные обязанности, дела. Да и самолеты наши как-то так спроектированы неудачно, что репу пропарить негде. Вот после приземления – без проблем. Как в любом творческом коллективе, – служебные романы, симпатии, одноразовый секс…

Правда, был у меня в богатой летной практике один занятный случай. Вам никогда хуй на высоте 10600 метров не отсасывали? Нет? Ни разу? Тогда расскажу.
Я в те годы еще в Домодедово на Ту-154 вторым пилотом летал. Прибыли мы в один российский город. Обычно у экипажа перед обратным вылетом есть час-полтора свободного времени. Можно по аэропорту пошароебиться, прикупить чего-нибудь местного. Например, в Ереване – коньяк, в Ташкенте – дыни, в Магадане – красную икру, а в Иркутске – омуля. В этот раз ничего, кроме деревянных тарелок с видами города, нас не заинтересовало. Уже собрались назад, в самолет. И тут к нам подходит девушка. Лет 20-25, симпатичная шатенка, одета в белую блузку и джинсы.
- Здравствуйте. Вы экипаж московского рейса?
- Здравствуйте. Мы.
- Вы не поможете мне в Москву улететь? Билетов нет. А мне очень надо.
- Ну не знаем. Вы думаете, это все так просто?
- Ну, пожалуйста. Правда, у меня денег всего восемьсот рублей…

Знаете, бывают такие женщины с наивным отношением к миру. Не приспособленные к жизни. Деньги у них, как правило, уходят сквозь пальцы. Они верят гадалкам. И готовы ехать из Хабаровска в Калининград автостопом, наивно полагая, что деньги им не понадобятся, и при этом их никто не выебет. А если и выебет, так и хуй с ним. Такие женщины – находка для мужчин с мощным отцовским инстинктом…

Обычно мы «зайцев» на борт не брали. Нахуй не нужны эти лишние проблемы. А сейчас это и невозможно – во всех аэропортах мощные службы безопасности. Ну а в тот раз пожалели мы девоньку. Да и понравилась она мне, если честно. Думаю, возьму потом номер телефона и в Москве ее выебу. Провели через проходную под видом стюардессы. Усадили на приставное кресло в кабине экипажа. Взлетели. Набрали высоту эшелона. Включили автопилот. Поели. Лететь еще два часа. «Чем бы заняться?» – подумал я и подмигнул шатенке.

Дамочка почувствовала глубину момента. Встала и робким голосом произнесла:
- Я вам, наверное, что-нибудь должна?
- Наверное. А что ты можешь предложить?
- Ну не знаю…рублей триста…или, может быть, минет?
Последнее слово было произнесено тихо и невнятно. Наш командир, уже старенький дедушка, при этом слове вопросительно посмотрел в мою сторону. Я подозреваю, что раньше он это слово слышал, но смысла его не помнил. Поэтому, на всякий случай, он отказался. Бортинженер тоже отказался, но по идейным соображениям: он – вегетарианец. Ну а мы со штурманом удовольствия себя не лишили. Штурмана (именно так, с ударением на последнем слоге) – они вообще очень баб любят, потому что умные…
Шатенка отработала качественно, с проглотом. А иначе никак. Для нас кабина самолета – место святое, здесь спермой брызгать нельзя…

Ну а я той барышне через несколько дней позвонил и напоролся на холодный ответ: «Не звони мне больше. Я завтра замуж выхожу». Я внутренне возмутился от такой женской неблагодарности, но потом взял себя в руки. Сначала в правую, потом левой помог. Ну вы ж меня понимаете. Вы же тоже люди воспитанные, хоть и скоты редкостные…